Можно ли продавать то, что нарисовала нейросеть

Продать — можно. Стать автором — почти наверняка нет. В рунете эти два вопроса склеивают в один, и оттуда берётся половина неверных ответов. На вопрос, можно ли продавать картинки из нейросети, отвечают три независимых документа: условия сервиса, закон об авторском праве и ваш договор с заказчиком. «Да» от первого не отменяет «нет» от второго.

Кто это пишет. Блог принадлежит RED AI — сервису доступа к нейросетям за рубли, так что интерес у меня прямой. Поэтому ниже нет ни одного утверждения без сноски на документ рядом с ним. Все документы открыты 15 августа 2026 года. Это не юридическая консультация: под конкретный договор нужен юрист, а не статья в блоге.

Три уровня, которые надо развести

Первый — что разрешает сервис. Это договор между вами и площадкой. Он может разрешить коммерческое использование, а может запретить, и с законом об авторском праве он никак не связан.

Второй — что даёт закон. Авторское право не спрашивает сервис. Оно смотрит, был ли творческий труд человека. Если охранять нечего, передавать тоже нечего — хотя бы в условиях трижды было написано «результат ваш».

Третий — что происходит фактически. Заказчик платит за работу, а не за свидетельство о регистрации. Тут ответ самый практичный и самый узкий.

Дальше — по каждому уровню, с цитатами.

Что разрешает сервис: пять документов, три разных ответа

У OpenAI формулировка щедрая, но с двойным дном. В разделе Ownership of content написано: «to the extent permitted by applicable law, you (a) retain your ownership rights in Input and (b) own the Output» [1].

Оговорка про «применимое право» и есть тот самый второй уровень: OpenAI отдаёт ровно столько, сколько закон разрешает отдать. Не больше.

Парой строк ниже — предупреждение, которое читают реже: «output may not be unique and other users may receive similar output from our Services» [1]. Двое могут получить почти одинаковую картинку — и обоим сказано, что она их.

Midjourney пишет похоже: «You own all Assets You create with the Services to the fullest extent possible under applicable law». Дальше исключение: сотрудник компании с годовой выручкой больше $1 000 000 обязан быть на плане Pro или Mega, иначе результат ему не принадлежит [2].

Взамен вы отдаёте Midjourney «perpetual, worldwide, non-exclusive, sublicensable no-charge, royalty-free, irrevocable copyright license» на всё, что вводите и получаете, и лицензия переживает расторжение договора. Плюс по умолчанию ваши работы видны и доступны для ремикса другим пользователям — скрывает их только режим Stealth на платных планах [2].

Adobe продаёт Firefly ровно на этой тревоге. Первая модель обучена «on Adobe Stock images, openly licensed content and public domain content where copyright has expired», а вывод «designed to be safe for commercial use» [3].

Покрытие возможных исков по интеллектуальной собственности там обещано отдельно: «Firefly for Enterprise offers businesses the opportunity to obtain an intellectual property (IP) indemnification» [3]. Слово Enterprise тут ключевое: обычной подписке это не обещано.

Шедеврум разрешает меньше, чем принято думать

Это тот случай, когда популярное мнение прямо противоречит документу. В условиях использования сервиса, п. 3.3: пользователь вправе использовать созданные изображения, видео и тексты «в личных некоммерческих целях», а «любое коммерческое использование… возможно только при условии предварительного согласования с Яндексом» [4].

П. 3.5 повторяет то же с другой стороны: любое использование в коммерческих целях без предварительно полученного согласия Яндекса запрещается [4]. Карточка товара, сделанная в Шедевруме, по этим условиям в продажу не идёт — пока вы не написали в форму обратной связи и не получили ответ.

Ещё один пункт, который обычно проходят мимо. Размещая запрос, пользователь даёт Яндексу и другим пользователям «безвозмездную и безотзывную неисключительную лицензию» на использование самого запроса по всему миру на весь срок действия исключительных прав (п. 3.2) [4]. Промпт, который вы вылизывали неделю, после отправки перестаёт быть только вашим.

У Kandinsky всё наоборот. В пользовательском соглашении Fusion Brain п. 2.3 разрешает использовать платформу «в любых, как коммерческих, так и некоммерческих целях», а п. 6.3 говорит: «Исключительные права на созданные/модифицированные… изображения… принадлежат Пользователю с момента их генерации».

Два российских сервиса, одна юрисдикция, противоположные условия.

Оговорка про источник. Сайт fusionbrain.ai с моей сети не открылся ни разу, поэтому соглашение я читал в архивной копии от 17 сентября 2025 года [5]. Контрольная сумма у копий от мая 2024-го, апреля и сентября 2025-го совпадает — текст не менялся минимум шестнадцать месяцев.

Действующую редакцию всё равно откройте сами. В подборках про Kandinsky встречается прямо обратное утверждение: будто соглашение запрещает продавать сгенерированное. В тексте соглашения этого нет.

Зато есть п. 6.4: пользователь даёт правообладателю программы безвозмездную неисключительную лицензию на использование сгенерированных изображений, включая «распространения путем продажи или иного отчуждения» и переработку, по всему миру и на весь срок охраны. Права ваши — но не только ваши.

Что даёт закон: промпт не делает вас автором

Бюро по авторским правам США в январе 2025 года сформулировало это без двусмысленностей: «prompts alone do not provide sufficient human control to make users of an AI system the authors of the output» [6].

Довод «я переписывал промпт сорок раз» ведомство разобрало отдельно: «Repeatedly revising prompts does not change this analysis», потому что авторское право защищает оригинальное авторство, а не затраченный труд — «sweat of the brow» [6]. Переписывая запрос, вы перебрасываете кости, а не управляете результатом.

Что охраняется, там же сказано. Человеку принадлежат права на его собственные произведения, различимые внутри сгенерированного, а также на «creative selection, coordination, or arrangement» и «creative modifications» результата. Регистраций таких работ Бюро выдало сотни — покрывая при этом только человеческий вклад [6].

Показательный пример из того же отчёта: у комикса «Zarya of the Dawn» регистрация осталась за текстом и за подбором и расположением элементов, а изображения, сделанные Midjourney, из охраны выпали [7].

В России логика та же, только через другие статьи. Автор — гражданин, творческим трудом которого создано произведение [8]. И отдельно: не признаются авторами граждане, «оказавшие… только техническое, консультационное, организационное или материальное содействие» [9].

Российская практика разошлась надвое

В начале августа 2026 года Пресненский районный суд Москвы отказал дизайнеру Артёму Позднякову во взыскании компенсации за использование его «Джоконды с вином» и «Статуи Свободы с вином» на футболках и термостаканах.

Формулировка суда: «дача команд для искусственного интеллекта представляет собой простые механические действия, носит исключительно технический характер», а вклад истца «ограничивается уточнением команд» [10].

Истец, к слову, доказывал не только промпты: он говорил, что перерабатывал изображения в Photoshop — менял фон, мимику, положение руки, добавлял круги под глазами. Суд счёл, что творческий вклад не доказан. Законность отказа проверит Московский городской суд, так что точку ставить рано [10].

А теперь второе дело, о котором в подборках почему-то молчат. По спору № А40-200471/2023 Арбитражный суд Москвы взыскал 500 000 ₽ компенсации за использование ролика с дипфейком Киану Ривза, и апелляция это подтвердила.

Суд счёл дипфейк «дополнительным инструментом обработки (технического монтажа) видеоматериалов, а не способом их создания», а сценарий, съёмку и звук — личным творческим вкладом авторов [11].

Разница между двумя делами не в технологии, а в том, что было под ней. Там, где кроме команд программе есть снятый материал, сценарий и монтаж, суд видит произведение. Там, где кроме команд нет ничего, — не видит.

Что можно фактически

Продать работу как услугу — можно. Заказчик платит за подбор, отбраковку, доводку и за то, что вы сделали это сегодня, а не через неделю. Такая сделка не требует, чтобы результат был охраняемым произведением.

Обещать заказчику исключительные права на чистую генерацию — нельзя. Передать можно только то, что возникло. Если суд решит, что вклад был техническим, договор об отчуждении прав окажется договором ни о чём.

Рассчитывать, что вы запретите третьим лицам копировать картинку, — не стоит. Ровно на этом и проиграл истец из дела о «Джоконде с вином».

Проверять условия конкретного сервиса — обязательно. Пять документов выше дают три разных ответа, и «нейросети вообще» в этом вопросе не существует.

Что делать, если охраняемый результат нужен: строить работу так, чтобы под генерацией лежал ваш собственный материал — своя фотография, свой эскиз, своя съёмка, свой монтаж. Это не гарантия, но именно этот признак разделил два российских дела.

Про свой сервис — коротко и по делу. RED AI даёт технический доступ к чужим моделям, и в оферте это записано прямо: права пользователя на результат «определяются с учётом условий использования соответствующих ИИ-моделей третьих лиц» (п. 7.2, оферта RED AI).

Выбор модели — это заодно и выбор правового режима. У Flux 2 для иллюстраций, GPT Image 2 и Nano Banana для правки фотографий условия разработчиков разные, и читать надо те, что у выбранной. Готовые запросы с примерами результата лежат в каталоге промптов.

Где эта картина может поехать

Пресненское решение — первая инстанция. Мосгорсуд может его отменить, и тогда самая цитируемая российская формулировка про «простые механические действия» перестанет быть актуальной.

Единой российской практики нет. Два дела выше решены по-разному, а разъяснений Верховного суда, которые снимали бы вопрос, я не нашёл. Любой, кто пишет «в России суды считают так-то», обобщает по одному делу.

Юрисдикция меняет ответ. Позиция Бюро по авторским правам США — это про США. В Великобритании закон отдельно защищает работы, «generated by computer in circumstances such that there is no human author», и автором считает того, кем сделаны необходимые приготовления [6]. Российский спор американским отчётом не решается.

Условия сервисов переписывают чаще, чем законы. У Шедеврума на странице перечислено восемнадцать предыдущих редакций, у OpenAI действующая — от 1 января 2026 года. Дата сверки тут важна не меньше самой цитаты.

Чего я не проверил. Действующая редакция соглашения Fusion Brain — сайт не открылся, читал архивную копию. Текст решения Пресненского суда целиком — только изложение в РАПСИ. И самое честное: как суд оценит именно вашу переработку, не знает никто, включая суд, — пока он её не увидит.

Источники

1. OpenAI, «Terms of Use» (редакция от 1 января 2026 года).
2. Midjourney, «Terms of Service» (редакция от 27 мая 2026 года).
3. Adobe, пресс-релиз о коммерческом релизе Firefly (13 сентября 2023 года).
4. Яндекс, «Условия использования сервиса „Шедеврум“» (дата публикации 10 апреля 2026 года).
5. Fusion Brain (Kandinsky), пользовательское соглашение — архивная копия от 17 сентября 2025 года.
6. Бюро по авторским правам США (U.S. Copyright Office), отчёт «Copyright and Artificial Intelligence, Part 2: Copyrightability».
7. Бюро по авторским правам США, решение по регистрации комикса «Zarya of the Dawn» от 21 февраля 2023 года.
8. Гражданский кодекс РФ, статья 1257.
9. Гражданский кодекс РФ, статья 1228.
10. РАПСИ, изложение решения Пресненского районного суда Москвы от 3 августа 2026 года.
11. Право.ru, новость от 11 апреля 2024 года о деле № А40-200471/2023.